На исповедь или к психотерапевту?

В любом словаре на слово психология будет бодро отрапортовано, что это наука о душе (от греч. психи – душа и логос – знание). Такое самонадеянное, с точки зрения верующего человека, название светской науки вызывает настороженность, даже отторжение. Ведь по справедливому убеждению верующих, подлинными душеведами были Святые отцы, разработавшие учение о душе еще в древности. И привнести что-нибудь новое в это учение могут, вероятно, только Святые отцы нового времени, а не ученые. Это, несомненно, так. Но научная психология изучает вовсе не душу в христианском ее понимании. Предметом этой науки является психика (от греч. психикос; – душевный), упрощенно говоря, то, что возникает в нас в результате неизбежного взаимодействия с окружающим миром: ощущения, восприятие, память, чувства, воля, мышление и т.п.

Психология – это еще набор типичных для человека или групп людей способов поведения, общения, научения, познания, а также убеждений и предпочтений, черт характера. По словам св. Макария Великого, все видимые предметы суть тени сокровенных. В этом смысле психология изучает видимую часть человека – то, как он проявляется в отношениях с другими и миром в целом, то, как участвует его психика в соматических (телесных) болезнях. А явления сокровенные, таинственные – это духовные движения в нас, которые изучаются в полноте лишь в святоотеческой литературе. К сожалению, в нашей обычной жизни видимое (душевное и социальное) и невидимое (духовное) имеют очень разный объем. Американские юристы подсчитали, что в попытке юридически закрепить в общественной жизни десять заповедей их государство за свою историю издало 38 миллионов законов.

И все же «все, что происходит в душе человека в течение его жизни, имеет значение и необходимо только потому, что вся жизнь нашего тела и души, все мысли, чувства, волевые акты теснейшим образом связаны с жизнью духа. В нем запечатлеваются, его формируют и в нем сохраняются все акты души и тела. Под их формирующим влиянием развивается жизнь духа и его направленность в сторону добра или зла. Жизнь мозга и сердца нужны только для формирования духа и прекращаются, когда его формирование закончено или вполне определилось его направление» (архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий)). Мы будем говорить о психологии как сумме научных знаний и психотерапии как практике их применения.

Процесс духовного совершенствования человека – это процесс исцеления, т.е. восстановления его целостности, гармоничных взаимосвязей его духа, души и тела. В России старцы вполне владели искусством исцеления с верой приходящих к ним людей. Об этом свидетельствуют многочисленные источники о старцах Оптиной, Зосимовой, Глинской пустыни; старцем был прп. Иона Киевский и много других, менее известных или совсем неявленных пастырей и стариц, людей святой жизни, подвижников, блаженных, юродивых. Они были лучшими психотерапевтами. А лучшими местами для самопознания и проработки внутренних затруднений, мешающих полноценной духовной и душевной жизни, издревле считались монастыри.

«Наука из наук – монашество – доставляет самые подробные, основательные, глубокие и высокие познания в Экспериментальной Психологии и Богословии, то есть деятельное, живое познание человека и Бога, насколько это познание доступно человеку», – пишет свт. Игнатий (Брянчанинов). Впрочем, думается, были и светские люди, духовно и житейски опытные, к которым обращались за советом, разъяснением в трудных ситуациях, но, конечно, никто их, а тем более старцев, не называл терапевтами.

Мы нуждаемся в исцелении не меньше наших предков. И поскольку Господь нам не открывает множества старцев, окормлению которых мы могли бы предать и дух свой, и душу, и тело, то мы стараемся использовать все доступные нам возможности. Прежде всего – таинства и жизнь Церкви и руководство духовных отцов, православную литературу. Но и, что тоже очень важно, – психотерапевтическую помощь. Апостол сказал: сеется тело душевное, восстает тело духовное... Но не духовное прежде, а душевное, потом духовное (Кор. 15, 44; 46). Т.е. от того, какими мы душевно предстоим перед Богом, насколько мы сами себя понимаем, во многом зависит наш путь к воскресению, наша личная вера. Об этом говорили старцы (см. письма прп. Амвросия Оптинского к монахиням), об этом много писал митр. Антоний (Блум).

Мало кто знает, что, по крайней мере, с XVIII века и до революции в духовных семинариях преподавали психологию, свт. Феофан Затворник даже читал такой курс. Было написано несколько сотен работ по христианской психологии.

Традиция эта восстанавливается. В Российском православном университете им. св. ап. Иоанна Богослова есть факультет психологии. Предмет психологии вводится в духовных академиях и семинариях, (активно работает Свято-Данилов монастырь и др. - прим.Фотопаломника) Сретенского монастыря и многих других. В Центре психического здоровья РАМН есть отделение специально для православных верующих, на приходах действуют и открываются новые психологические консультации. Духовник Троице-Сергиевой Лавры архим. Кирилл (Павлов) благословлял женщину-психотерапевта не оставлять своей профессии и в монастыре.

А для неверующих наших современников и вовсе нет другой возможности понять себя и свое место в жизни, постараться увидеть в ней смысл, как только обратившись к специалисту-психотерапевту. Хорошо, если православному.

Священники пока не часто направляют своих духовных чад к психотерапевту. Этому несколько причин. Во-первых, внимательный и неравнодушный пастырь не доверит свое чадо незнакомому ему «специалисту по душе», а не у всякого батюшки в пастве есть «свой», «проверенный» психотерапевт. Во-вторых, даже и незнакомых священнику духовно ориентированных профессионалов еще катастрофически мало. В-третьих, представление о психологии и психотерапии внутри православия у пастырей зачастую складывается по книгам некоторых, к сожалению, очень плодовитых авторов и по частным сайтам в интернете, содержание которых удручает своим непрофессионализмом, а потому не вызывает доверия. И, может, еще не все батюшки и не все их чада видят необходимость в такой помощи или очень мало о ней знают.

Однако к пастырю люди часто приходят с вопросами, душевными проблемами, которые лишь отчасти можно отнести к области греха или страсти. При их решении необходимы специальные психотерапевтические знания и умения.

Поводами для такого обращения могут быть: невротическое чувство вины, подменяющее собой настоящее самоукорение; внутрисемейные отношения; детские проблемы; тревога и постоянные сомнения; разного рода зависимости: алкогольная, наркотическая, любовная, от компьютера и т.д.; фобии (страхи); пережитые травмирующие ситуации (авария, свидетель или жертва насилия, стихийные бедствия и т.п.) и многие другие. Мало кто из батюшек знает, что около 80% заболеваний являются психосоматическими, т.е. спровоцированными определенным образом протекавшими эмоциональными переживаниями. Это астма и онкологические заболевания, женские и сердечно-сосудистые болезни, желудочно-кишечные и эндокринные и др. К их лечению наиболее эффективен такой подход, который рассматривает человека в единстве души и тела: не пришлось бы тогда годами пить таблетки, если бы вовремя была проработана психологическая причина. Очистим чувствия, и узрим неприступным светом Воскресения Христа блистающася (1-я песнь Пасхального канона).

В первом значении слово психотерапия означает исцеление душой. Инструментом психотерапевта является он сам, вся его личность, прежде всего его ценностные и мировоззренческие представления. От того, насколько этот специалист душевно «исцелился сам», насколько он подготовлен профессионально и правильно ориентирован духовно, зависит, какие условия для душевного возрастания клиента он создаст. Эпиграфом к психотерапевтической деятельности могут быть слова Карла Юнга: «Доктор обеспечивает условиями – Бог лечит».

Профессиональная этика не позволяет терапевту вторгаться в духовный мир клиента, в его верования, убеждения. Современные исследования показали, что даже под гипнозом невозможно изменить аксиологические и мировоззренческие представления человека. «Никто же приидет ко Отцу, токмо Мною». Но хотя перед психотерапевтом не стоят миссионерские задачи, однако при его содействии расчищаются многие «рукотворные» завалы на дороге к храму.

Безусловно, психотерапевты не всесильны. В таком сложном и очень деликатном деле должно совпасть много факторов, чтобы обратившийся за помощью вновь обрел свободу. Свободу от часто неосознаваемых заблуждений и иллюзий, «напрасных мук», «скорбей собственного сочинения», закрепощающих душу, заслоняющих живую веру. Но когда это происходит (а все же, слава Богу, чаще происходит!), терапевт понимает, что это ни в какой степени нельзя приписать его собственным усилиям – так велико и чудесно происходящее. Не удивительно ли, что слово «психология» связано с древнегреческим мифом о Психее, смертной женщине, благодаря любви, обретшей бессмертие?

Анна Воспянская

Комментарии